Вера в необъяснимое.

Здравствуйте друзья!

Давно не писал, был в дороге, попрощался с Питером, сейчас в Ставрополе, путешествую по Ставропольскому краю. Соскучился по книгам по сайту, по клавишам даже, давно не стучал.

Возможно, все, во что мы верим, и чем вера сильней, тем это возможней. Только попробуй это объясни учёному или врачу, или простому человеку, который привык получать гарантии и доказательства. Этот человек, учёный или врач, согласен верить только в то, что укладывается в его рамки мышления в его стандарты, в то, что он сможет объяснить. Если это не укладывается в его голове, этого либо не может быть, либо он будет пытаться это объяснить. Он не может просто принимать, таким как есть, и радоваться этому, не пытаться заглянуть внутрь и узнать, как это работает, он не может просто доверять и верить. Нет, ему же обязательно всё нужно знать. Ну и г…й этот человек, учёный он или нет, он не понимает, что он ни когда не будет знать всего. Отвергая всё, во что он отказывается поверить, всё, что он не может объяснить, он живёт скучной стандартной жизнью, укладывающийся в его рамки, которую он может объяснить каждому, всё разложить по полочкам. У него всё происходит закономерно и по правилам и счастье у него стандартное. И если ты захочешь показать ему чудо, тебе придётся подогнать его под его стандарты, замаскировать его под научное достижение, а иначе он не поверит. Это как инвалид, который привык ходить с костылями и не смыслит свою жизнь без них, заберёшь у него костыли, он упадёт без них. А на самом деле он уже давно летать может, не то, что ходить.

Это не возможно первая мысль, возникшая в вашей голове, да вот именно по этому, это и не возможно. И пока мы в этом уверенны это будет так!!!

Есть вещи, которые учёные объяснить не могут и в принципе уже не пытаются и правильно и делают. Например, иконы источающие миро, оно целебное и оно постоянно истекает из икон. Подумайте, как вообще это можно объяснить, икона это холст написанный руками человека, как он может источать целебную жидкость бесконечно?!?

Проблема в том, что люди грешат: лицемерят, лгут, поддаются своим низменным желаниям, пытаясь их оправдать и оправдывая их. И поэтому человеку не будет дана эта сила с помощью, которой будет возможно всё, пока он не научится верить в хорошее, а не в плохое. Потому что, в то, что ты веришь, то и обретает силу, то есть становится реальным.

Желаю всем добра и верю, что всё будет хорошо, верю, что все в это когда-нибудь поверят!!!

Кстати обратите внимание, я немного обновил сайт, добавил ссылочки на три самых популярных сообщения за последний месяц и добавил две ссылочки на маврокарту и на мавромаркет.

Смотрел интересный фильм «Укрытие» рекомендую, спасибо Саша.

Делюсь отрывками из повести Александра Грина «Блистающий мир».

     - Рассмотрим, - сказал он,  - хотя  бы  неполно,  анатомию и психологию

движения в воздухе.  До  сих пор летают только птицы, насекомые и  предметы;

человек сопутствует летящим предметам, сам он лететь  не может, кроме как  в

сновидении.  Прицепясь к  шару, имеющему  значение  как бы  самостоятельного

организма, двигающегося по  произволу атмосферических изменений, не в  более

сложном  он  положении, чем  тля,  сидящая на семени  одуванчика,  когда его

сорвало  и несет ветром  в пространство. Аэроплан как будто  самостоятельнее

приглашает  посмотреть на  эти затеи.  Однако  выясним  суть, желания,  идею

полета, его  мыслимое идеальное  состояние. Неизбежно здесь сновидение; лишь

его волнующий арабеск  подскажет  с отчетливостью прозрения,  чем  одушевлен

чистый полет. Им правит легкий и глубокий  экстаз; неведомые наяву  чувства,

столь странные, что им может быть уподоблено разве лишь пение на дне океана,

звучат стройно в этих особенных условиях грезы, свергающей физическую тоску,

-  веками  слоившееся  отвращение  к  ногам,  пойманным  огромным  магнитом.

Вспомним, как мы  летаем в  то время,  когда тело наше, завернутое  одеялом,

покорно своему ложу: само  желание естественно  отделяет нас, стремя и унося

на безопасную высоту. Нет иного двигателя,  кроме  пленительного волнения, и

большего  нет  усилия,  чем  усилие   речи.  Приметьте,  что  в  стране  сна

отсутствуют полеты  практические: перевозка  почты,  пассажира или  призовое

соревнование исключены; то  состояние  манит лишь изумительным  движением  в

высоте; оно - все в себе,  ничего сбоку,  ничего по ту сторону раскинутого в

самой душе пространства; без усилий и вычислений.

     Но  как же в действительности летит  он? Или, вернее,  как движется над

землей, когда  вы,  закинув  голову,  поспешно шлете  вдогонку его судорожно

скорчившейся фигуре имя "Царя природы"? Вот...

     Здесь раздался характерный гул мотора; громкое однотонное пение потекло

в  вышине, и члены Клуба, посмотрев на  небо, увидели аэроплан, пересекающий

зрительное поле тяжким пятном.

     - ...  вот достижение,  которое  явилось нам кстати  для  демонстрации.

Сколько сомнений!  А  опасений?!  Не  упадет ли оно?  Быть может, не упадет.

Сообразите,  что  это  значит!  Его  движение  свободно,  как  ход коня; его

скорость  обязательна;  его  двигатель  ненадежен;  его  творец  прикован  к

каторжному ядру  равновесия ради жизни и  денег; его  падения  ожидают;  его

спуск опасен, его поворот нелегок;  его вид некрасив; его полет - полет мухи

в бутылке: ни остановиться, ни парить; оглушительный шум, атмосфера  завода,

хлопотливый труд; сотни калек, трупов, и это - полет? Завидовать стрекозе, в

математической  точности  движений которой  светится  ясность  перебегающего

луча;  смотреть на вырезной  узор ласточки, живописуемый  ею над  отражением

своим в  блестящей воде, - восхитительным  ничтожеством совершенных  усилий;

вздыхать об орле, залегшем  среди туманов с спокойствием самого облака, - не

это  ли  удел  наш? И не это ли тщета  наша - вечный разрыв, залитый сиянием

снов?

     Немного надо было  бы мне, чтобы доказать  вам, как  несовершенны и как

грубы те аппараты, которыми вы  с таким трудом и опасностью пашете воздух, к

ним прицепясь, ибо движутся лишь аппараты,  не вы  сами; как  ловко  было бы

ходить в  железных  штанах, плавать на  бревне и спать  на дереве,  так  - в

отношении к истинному полету  -  происходит  ваше  летание. Оно  - сами  вы.

Наилучший аппарат должен быть послушен, как легкая одежда при  беге; в любой

момент  в  любом направлении и с  любой скоростью,  -  вот чего  следует вам

добиться.  Рассчитывая   поговорить   далее,   я  встретил   нетерпимость  и

издевательство;  поэтому,  не  касаясь  более  технических  суеверий  ваших,

перейдем к опыту. Ранее того во всеуслышание без жеста и  сожаления заявляю,

что не беру приза, хотя мной будут побиты решительно все рекорды. Смотрите и судите.

Здравствуйте дорогие друзья!!!

О чём думают люди, когда они выкинули все проблемы из головы, когда их никто не отвлекает, когда они спокойны и когда играет хорошая музыка. Большинство думает о чём-то хорошем, мечтают или вспоминают что-то хорошее. В эти минуты у людей мысли посвящены любви, добру и счастью.

Вот и я сейчас пишу просто мысли, мысли которые сейчас завладели мной, мысли которыми я делюсь с вами, с вами мои друзья!

Когда рядом с тобой женщина мыслящая самостоятельно, неподдающаяся чужому влиянию, самодостаточная и самостоятельная, умещая жить самостоятельно независимая не от кого. С такой женщиной ты чествуешь себя в безопасности, абсолютно спокойно и счастливо, ты знаешь, что ей от тебя нечего не надо, ей нужна только любовь и больше нечего. Такая женщина должна ценить себя и понимать, что она самая прекрасная, достойная и желанная женщина на свете и поэтому очень много охотников будет на неё. Но и она желает быть с абсолютно свободным, самостоятельным и независимым человеком, честным и верным. Она хочет тоже ощущать, что от неё не чего не хотят, что она в полной безопасности, она хочет ощущать спокойствие и любовь бескорыстную. И только вместе, два таких человека могут быть счастливы! Всё зависит от них и всё в их руках!

Счастья всем и любви!

А дальше я поделился отрывком с романа Александра Грина «Блистающий мир»:

Представим же,  что произойдет,  если в  напряженно  ожидающую  пустоту

современной души грянет  этот образ, это потрясающее диво:  человек, летящий

над городами вопреки всем законам природы,  уличая их в каком-то чудовищном,

тысячелетнем вранье. Легко  сказать, что  ученый мир кинется  в  атаку и все

объяснит. Никакое  объяснение  не уничтожит  сверхъестественной  картинности

зрелища.  Оно  создаст  легковоспламеняющуюся  атмосферу  мыслей  и  чувств,

подобную  экстатическим   настроениям   Крестовых  походов.  Здесь  возможна

религиозная спекуляция в гигантском масштабе. Волнение, вызванное ею,  может

разразиться последствиями  катастрофическими.  Все  партии,  каждая на  свой

манер,  используют   этого  Айшера,  приводя   к   столкновению  тьму  самых

противоречивых интересов. Возникнут или оживут  секты;  увлечение  небывалым

откроет шлюзы неудержимой  фантазии всякого  рода; легенды,  поверья, слухи,

предсказанья  и пророчества смешают все карты государственного пасьянса, имя

которому - Равновесие.  Я думаю,  что  сказал достаточно  о том, почему этот

человек лишен свободы. Поговорим о твоем желании; объясни мне его.

     - Оно сродни  вашей любви к редкой книге.  Все  необычайное  привлекает

меня.  Был  человек,  который  покупал  эхо,  -  он  покупал местности,  где

раздавалось многократное,  отчетливое,  красивое эхо. Я хочу видеть Айшера и

говорить с ним по причине не  менее сильной, чем те, какие заставляют искать

любви или совершить подвиг. Это - вне рассудка; оно в  душе и только в душе,

- как иначе объяснить вам? Это - я.  Допустите, что  живет человек,  который

никогда не слышал слова "океан", никогда не видел его, никогда не подозревал

о  существовании этой  синей  страны.  Ему  сказали:  "есть океан, он здесь,

рядом;  пройди мимо, и  ты увидишь его".  Что удержало бы в тот момент этого

человека?

     Кто бодрствует  в  спящем доме, сон, окружая его, обволакивает и давит.

Этот чужой сон  подобен течению,  в  котором стоит человек, сопротивляющийся

силе воды Оно подталкивает,  колышет, манит и увлекает; переступи шаг,  и ты

уже  отнесен несколько. "Они  спят, -  думает  бодрствующий. - Все  спят", -

зевая, говорит он,  и лениво-завистливая мысль эта, повторяясь множество раз

представлениями  уютной  постели,   нагнетает  оцепенение.  Члены  тяжелы  и

чувствительны;  движения  рассеянны; утомленное  сознание  бессвязно  и ярко

бродит  - где  попало  и как попало:  то около скрипа подошвы,  шума крови в

висках, то заведет речь о вечности или причине причин Голова держится на шее

-  это  становится  ясно  от  ее тяжести,  а  глаза  налиты  клеем,  хочется

задремать, перейти в то  любопытное и малоисследованное состояние, когда сон

и явь замирают в усилии взаимного сладкого сопротивления

     Стук,  взламывающий  такое  состояние, не говорит ничего уму,  только -

слуху; если он повторится - дремота уже прозрачнее; в туманно-вопросительном

настроении  человек  настраивает  внимание и  ждет нового  стука.  Когда  он

услышит его - сомнения нет; это - стук - там или там, некий безусловный акт,

требующий  ответного   действия.  Тогда,   вздрогнув   и   зевнув,   человек

возвращается к бытию.